Сообщение Ленивая Панда » Вс май 11, 2014 6:06 pm
Выжили? Я скорее ожила после этого. До сих пор считаю день, проведенный там, самым лучшим за всю поездку.
Скажу честно, сюжет шолоховской эпопеи я помнила слабовато. Книгу не читала, герасимовский фильм смотрела в детстве, бондарчуковский в сознательном возрасте осилила только первую серию и обплевалась. Все-таки кровь предков воспротивилась такому изображению казачества, пусть и не из донских мы, а из терских. Но что-то на задворках памяти такое копошилось, что там про любовь, войну, т.е. про большое и важное. И узнав, что все этот будут играть вчерашние выпускники, мне заневерилось. А смогут? А потянут?
Зал был забит битком, на приставных стульях и просто ступеньках сидели зрители. Первые 10 минут я старательно искала поводы для вежливого ухода. В начале придумывала те, которые мы озвучим Козлову (ну... типа... спасибо, но мы здесь всего 4 дня, все распланировано, назначено и тыды), а потом выдумывала оправдания перед собой - скучно, плохо играют, не та акустика, неудобное кресло... И в общем да, вполне даже было к чему придраться. Но не смогла я уйти. И Рапунцель после первого акта на меня молящими глазами уставилась и спросила, не собираюсь ли я уходить. В первом антракте мы молча пили кофе, смотрели куда-то внутрь себя. Надеялись на то, что сейчас вот народ разбежится и мы пересядем поближе к сцене. Никто не ушел. В буфете все точно так же молча пили кофе.
Да, молодые актеры. Даже голосами не тянули порой. Мимика и движения - все было чуть детским. Но они не врали. И эта их детскость, не давшая возможности показать достаточного профессионализма, в избытке снабдила их искренностью. Как удивительно прошли они по тонкой грани, не соскальзывая в стёб, когда им - питерским ребятам - пришлось все эти "зАраз" и с гортанным "г" "гутарит" произносить, а про 4 "егория" на кителе говорить гордо и достойно. Ух! Откуда они в свои 25 все это знают? Так было удивительно, когда айфонными руками они вдруг начинали так широко и свободно косьбу изображать, когда саблей играли, танцевали с растрепанными волосами и зарумянивались не от грима, а от души. Ни за что бы не поверила, что услышу горький плач в зрительном зале, когда Дуняша зачитала письмо о гибели Григория, а потом я и сама разрыдалась.
Мы не ушли до самого конца. В одном из антрактов Татьяна приехала, чтобы узнать, как мы, и пообщаться с Козловым, утащила нас в закулисье. Мы шли по коридору в актерский буфет и всем встречным говорили "спасибо!".
Книга у меня теперь первая в очереди. Хочу прильнуть к первоисточнику. Как многое зависит от угла зрения. Хочу понять, как в советское время это произведение могло быть советским? С такой симпатией и уважением к казачеству был сыгран спектакль. С таким ясным пониманием того, что пена, какой бы она ни была, серая, белая, красная, - ее ветер сдует, а камень, скала вечных ценностей не денется никогда и никуда. Не могут не затронуть живого человека вопросы чести, гуманизма, любви, честности с самим собой, патриотизма.
Домой ехали молча. Лил дождь. А мы чувствовали себя такими.... не пластмассовыми.